На крысах-самках изучена эффективность биотина (В₇) в качестве вещества, компенсирующего электрофизиологические нарушения в скелетной мышце смешанного типа (m. tibialis anterior), вызванные длительным введением дексаметазона (ДМ). Препараты животным опытных групп вводили на протяжении 10 (10ДМ-, 10В₇- и 10ДМ+В₇-группы), 30 (30ДМ-, 30В₇- и 30ДМ+В₇-группы) и 60 (60ДМ-, 60В₇- и 60ДМ+В₇-группы) дней в дозах, близких к терапевтическим дозам для человека: биотин — в дозе 0,4 мг/кг/сутки, внутрь, ДМ — в дозе 0,25 мг/кг, 1 раз в 2 суток, внутрибрюшинно. В₇, вводимый в комплексе с ДМ, предотвращал типичное для животных ДМ-групп уменьшение массы мышцы и количества активируемых ее двигательных единиц (ДЕ), удлинение латентного периода М-ответов и уменьшение их амплитуды, типичные для крыс 30ДМ-группы, а также обусловил существенное уменьшение частоты полифазных М-ответов (до 10 %), в сравнении с животными ДМ-групп (встречались у 40 % особей 30ДМ- и 60ДМ-групп). Введение В₇ в комплексе с ДМ существенно уменьшало частоту случаев патологически значимого облегчения синаптической передачи при оптимальной частоте раздражения нервно-мышечного аппарата (НМА, 30 имп/с): с 70 % у крыс 30ДМ-группы до 10 % у животных 30ДМ+В₇-группы, p < 0,05. Кроме того, для животных ДМ+В₇-групп не было характерно типичного для крыс ДМ-групп гораздо более существенного, чем в контроле, посттетанического облегчения на фоне сниженной амплитуды М-ответа перед тетанусом. Эти факты указывают на отсутствие блокады синапсов при комплексном применении ДМ с В₇. Применение В₇ в комплексе с ДМ снижало частоту встречаемости патологически значимой депрессии синаптической передачи при оптимальной частоте стимуляции НМА (30 имп/с): до 0 – 20 % у животных ДМ+В₇-группы в сравнении с 40 % у крыс 30ДМ- и 60ДМ-групп (p < 0,05). Кроме того, для крыс ДМ+В₇-групп была характерна значимо меньшая (p < 0,05, в сравнении с животными ДМ-групп) степень снижения амплитуды М-ответов относительно 1-го в серии при высокой частоте стимуляции НМА (70 имп/с), что указывает в пользу меньшей степени постсинаптических расстройств при комплексном применении ДМ с биотином, в сравнении с изолированным введением ДМ. Применение В₇ в комплексе с ДМ существенно снижало частоту появления патологически значимого декремента амплитуды М-ответов при низкочастотной стимуляции НМА (4 имп/с): до 10 % у животных 30ДМ+В₇-группы против 70 % у крыс 30ДМ-группы (p < 0,05). Вместе с тем, после выполнения утомляющей работы (УР) патологически значимый декремент амплитуды М-ответов при низкой частоте стимуляции НМА (4 имп/с) встречался примерно с такой же частотой (у 10 – 20 % особей), как и у животных ДМ-групп (у 10 – 30 % особей), у которых частота встречаемости патологически значимого декремента амплитуды М-ответов уменьшалась после УР относительно таковой до УР. Данный факт свидетельствует в пользу того, что одной из причин сниженной надежности синаптической передачи у крыс ДМ-групп является исходная заблокированность синапсов, тогда как у животных ДМ+В₇-групп — возможное посттетаническое истощение запасов медиатора или снижение после УР чувствительности постсинаптической мембраны к нему. Таким образом, биотин является весьма эффективным веществом для компенсации электрофизиологических проявлений миопатии, вызванной глюкокортикостеридами.

скелетная мышца; дексаметазон; ятрогенный гиперкортицизм; стероидная миопатия; биотин; крысы

В. А. Алексеев, Вестник Ульяновской гос. сельскохоз. академии, 27(3), 89 – 91 (2014).

Б. М. Гехт, Теоретическая и клиническая электромиография, Наука, Ленинградское отделение, Ленинград (1990).

Е. Н. Никитин, В. А. Алексеев, Вестник Ульяновской гос. сельскохоз. академии, 1, 115 – 118 (2012).

Руководство по проведению доклинических исследований лекарственных средств, А. Н. Миронов (ред.), Гриф и К, Москва (2012).

Руководство по экспериментальному (доклиническому) изучению новых фармакологических веществ, Р. У. Хабриев, Медицина, Москва (2005).

В. В. Труш, В. И. Соболев, Патол. физиол. и эксперим. терапия, 63(3), 35 – 47 (2019); doi: 10.25557/0031-2991. 2019.03.35-47

E. Archer-Lahlou, C. Lan, R. T. Jagoe, Physiol. Rep., 6(12), e13726 (2018); doi: 10.14814/phy2.13726

C. Fernandez-Mejia, J. Nutr. Biochem., 16(7), 424 – 427 (2005); doi: 10.1016/j.jnutbio.2005.03.018

V. Galea, H. De Bruin, R. Cavasin, A. J. McComas, Muscle and Nerve, 14, 1123 – 1130 (1991); doi: 10.1002/mus.880141114

D. G. Gardner, D. Shoback, Greenspan’s Basic and Clinical Endocrinology, McGraw-Hill Medical, New York (2018).

R. A. Gravel, M. A. Narang, J. Nutr. Biochem., 16(7), 428 – 431 (2005); doi: 10.1016/j.jnutbio.2005.03.020

Y. Ha, K. H. Lee, S. Jung, et al., Lupus, 20(10), 1027 – 1034 (2011); doi: 10.1177/0961203311402246

S. A. Kouzi, S. Yang, D. S. Nuzum, A. J. Dirks-Naylor, Front. Biosci., 7, 94 – 106 (2015); doi: 10.2741/720

E. K. Langendorf, P. M. Rommens, P. Drees, et al., Int. J. Mol. Sci., 21(7), 2497 (2020); doi: 10.3390/ijms21072497

M. L. Lazo de la Vega-Monroy, E. Larrieta, M. S. German, et al., J. Nutr. Biochem., 24(1), 169 – 177 (2013); doi: 10.1016/j.jnutbio.2012.03.020

A. G. Macedo, A. L. Krug, L. M. Souza, et al., Steroids, 107, 30 – 36 (2016); doi: 10.1016/j.steroids.2015.12.016

B. R. MacIntosh, Ph. F. Gardiner, A. J. McComas, Skeletal Muscle. Form and Function, 2th ed., Human Kinetics, Champaign (2006).

M. F. McCarty, J. J. DiNicolantonio, Med. Hypotheses, 109, 145 – 149 (2017); doi: 10.1016/j.mehy.2017.10.012

P. Ortega-Sáenz, D. Macías, K. L. Levitsky, et al., J. Physiol., 594 (24), 7229 – 7248 (2016); doi: 10.1113/JP272961

Н. М. Said, Subcell Biochem., 56, 1 – 19 (2012); doi: 10.1007/978-94-007-2199-9_1

W. Shen, J. Hao, C. Tian, et al., PLoS One, 3(6), e2328 (2008); doi: 10.1371/journal.pone.0002328

M. Sun, F. Qian, W. Shen, et al., Scand. J. Med. Sci. Sports, 22(6), 764 – 775 (2012); doi: 10.1111/j.1600-0838.2011.01314.x

G. E. Trumble, M. A. Smith, W. W. Winder, Eur. J. Biochem., 231(1), 192 – 198 (1995); doi: 10.1111/j.1432-1033.1995. tb20686.x